Советская Армия в Афганистане. 1988 год. Специальный репортаж

Афганистан. Советская Армия

Начищенные до немыслимого блеска зеленые с красной полосой машины военной автоинспекции, какими мы привыкли их видеть дома, на дорогах Афганистана выглядят по-другому. Покрытые мучнистой местной пылью так, что и цвет сразу не разберешь, внешне они ничем не отличаются от боевых машин после долгой дороги. И сейчас, если на шоссе наводят порядок ребята в тельняшках под защитными куртками, в касках и бронежилетах, с автоматами на груди и знакомым полосатым жезлом в руке — значит, скоро увидишь еще одну колонну, еще одну нашу часть, возвращающуюся домой.

Так и было в Пули-Чархи, километрах в 15 к востоку от Кабула. Военная автоинспекция, джип под голубым Флагом специальной миссии ООН, следящей за выполнением женевских соглашений, и вскоре — строй танков и транспортеров. На броне — прокопченные, высушенные солнцем и ветром наши солдаты передавали друг другу фляжки с теплой дезинфицированной водой и радовались так, словно во фляжках этих был нектар. Домой! А в Пули-Чархи я ехал с коллегой-журналистом Фаридом из кабульской газеты «Правда апрельской революции», чтобы поговорить с солдатами и офицерами танковой бригады, одного из афганских подразделений, на которое теперь перейдет поле боевой работы и ответственности, лежавшей на советском воинском контингенте. Тем более что вывод идет планомерно, по графику, в соответствии с которым уже около четверти численности наших войск будет дома к самому концу мая.

Военный городок афганской бригады состоит из добротных зданий, выкрашенных известью с голубыми рамами окон, что делает их больше похожими на южно-русский или украинский поселок, чем на глинобитные, с непривычки угнетающие глаз, серо-охряные строения афганской провинции. И стоит городок среди густой зелени, покрывающей здесь землю, как только она получает воду.

Командиру части полковнику Ахмаду Голю под 40, он профессиональный военный, окончил военный лицей в Кабуле, затем курсы командного состава, учился в Советском Союзе в Академии бронетанковых войск. Части только что присвоено звание гвардейской за несколько успешных боевых операций. И сейчас под Кабулом находится лишь часть танкистов. Остальные воюют в провинциях Каписа, Пактия и других. Перед нашим приездом в штаб сообщили из города Гардеза: несколько экипажей попали в засаду, вступили в бой, потери — два человека, есть несколько раненых.

…Об этой гвардейской части я впервые услышал от капитана Ахмада Зоера, раненного пулей в бедро под тем же городом Гардезом, а теперь лежащего в кабульском госпитале, главным хирургом которого является единственная в афганской армии женщина-генерал, правда, медицинской службы, Сухейла Седдик. К ней я и шел поговорить.

Этот госпиталь — украшение Кабула, он создан по проекту советских архитекторов и строился в течение шести лет, с 1970 по 1976 год, солдатами и офицерами афганской армии. И с момента его открытия в нем начала оперировать Сухейла, окончившая к тому времени 1-й Московский медицинский институт, работавшая ординатором в больнице, защитившая кандидатскую диссертацию. Она называет множество имен своих советских учителей, но в отдельный рассказ выделяет воспоминания о том, как учила ее азам ухода за оперированными перевязочная сестра Евдокия Константиновна Лобзова. И сегодня с ней вместе работают советские врачи-консультанты, по одному в каждом отделении госпиталя.

Раненых много. Они лежат не только в палатах, но и в коридорах, на балконах под тентами. Сухейла Седдик сказала, что работать ей приходится много: у нее бывает по три-четыре серьезные операции в день или до десяти простых.

И вот когда попросил познакомить меня с одним из вылеченных ею раненых, в кабинет, чуть прихрамывая, вошел капитан Зоер. Он сказал, что намерен немедля после выписки вернуться в свою часть: судя по настроению своих солдат и по поведению пленных оппозиционеров он считает, что у политики национального примирения сейчас хорошие шансы на успех.

…Полковник Ахмад Голь показывает строй танков, поставленных буквой «П», стволами пушек внутрь, ремонтные мастерские, тактические классы, дома для офицеров и солдат, какие они своими силами строят в год до 20. Знакомит с танкистами. Здесь представлены, наверное, все национальности страны: есть пуштуны, белуджи, таджики, туркмены и другие. Хотя каждый из них владеет языком своего народа, все они одинаково свободно говорят на дари и пушту — двух государственных языках Афганистана. Почти 95 процентов солдат — добровольцы. Сроки службы, как и у других видов вооруженных сил в стране, сильно разнятся: окончившие высшие учебные заведения с дипломом служат один год, резервисты, вновь призванные в армию, — полтора, а обычные новобранцы, как и у нас, два года.

Какой видит Ахмад Голь обстановку после завершения вывода советских войск?

— Советская Армия была рядом с нами в самое трудное время и в самых опасных местах. И я, и мои танкисты не раз обязаны жизнью вашим солдатам. Теперь женевские соглашения ограждают нашу страну от внешнего вмешательства, и ваши войска могут вернуться домой. А у себя дома мы должны показать, что можем заставить уважать законы страны.

А каковы планы на будущее?

Полковник Ахмад Голь:

— Защищать мирный, свободный, демократический Афганистан.

Генерал Сухейла Седдик:

— Добиться мира, вылечить наших раненых и поехать в Москву защищать докторскую диссертацию. Она почти готова.

С. Воловец

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.

rss facebook twitter
Все права защищены | Любое использование материалов сайта возможно только при указании активной ссылки на сайт moscowia.net