Для активации аккаунта, перейдите по ссылке, отправленной в письме на ваш адрес электронной почты. Эта мегатонная сосулища нарастала веками скажи древнему греку, римлянину, галлу, арабу, что он обязан служить не семье, не роду, не богу, не государству, а себе лишь самому в былые времена боевые песни слагали и горланили не для того, чтобы раздухариться и разойтись их пели, чтобы воевать, ни о каком искусстве для искусства никто не мог и помыслить, все гимны и хороводы чему-нибудь да служили богам, плодородию, свадьбам, похоронам но вот культура объявила себя своей собственной целью, ценности деяния были пережеваны ценностями переживания так истощившийся распутник, уже не способный на страсть к реальной женщине, начинает задрачиваться до смерти долгий дрейф от эпоса к лирике сегодня завершается стремительным спуртом от индивидуализма к героину...


Но ведь и там обязанности нужно хоть на полчаса ублажить и другого лучше перейти на мастурбацию. А медный кунктатор, пересидевший наполеона, и нас не моргнувши глазом перестоял. Статья содержит приобретшую некоторую популярность формулу фашизма фашизм это бунт простоты против непонятной и мучительной сложности социального бытия...


Подошла другая типичная ленинградка, тоже в детской панамке да, с пятьдесят второго, нет, пятого года такой жары не было, но алевтина николаевна, куда же вы, простите, смотрите, вы видите, что он делает, взял и пошел! Нет, но какие пошли бесцеремонные, невоспитанные люди чтобы ни у кого не спрашивая смотрите, смотрите, еще одну схватил, еще...


Человек высшая драгоценность уже за одно то, что умеет жевать и сморкаться! Все должно служить человеку, и только он ничему не должен служить, и он это быстро просекает любое усилие ради другого превращается в непосильную обузу. Напротив, через аллейку, багровый провинциал глотал из горлышка пиво, пополняя бегущие с него потоки пота...


Напротив, через аллейку, багровый провинциал глотал из горлышка пиво, пополняя бегущие с него потоки пота. В последние годы александр мелихов развивает концепцию человека фантазирующего, рассматривая историю человечества как историю зарождения, борьбы и распада коллективных грёз. Я начинаю перечислять себе, что я доктор, профессор, главный теоретик лакотряпочной отрасли, но мне все равно становится стыдно проявлять какую-то оживленность, любезничать с женщинами а я, как нарочно, большой бодрячок, меня страшно изматывает узда мрачноватой невозмутимости...